LiteraruS

Историко-культурный

и литературный

журнал

на русском языке

Издается в Финляндии

с 2003 года

LiteraruS on kirjallisuuslehti venäjän- ja suomenkielellä

LiteraruS is a literary Magazine in Russian and Finnish

Издание журнала «LiteraruS-Литературное слово» осуществляется при финансовой помощи Министерства образования и культуры Финляндии, а с 2008 года несколько раз поддерживалось грантами Фонда «Русский мир»

opm rulit Paris-Sorbonne

Галина Илюхина

ЗАКАТНОЕ

Кашляет город в красной закатной пыли,

Мусорным шорохом кружит пустые арки.

Нитки запутали, скомкали, в петли свили

пьяными пальцами наши слепые парки.

Всё дежавю в этом горячем сюре:

ветер колючий, карликовые смерчи.

Где ж это было? – петли, кирпичный сурик…

Город зеро не отпускает смертных.

Это тупик. Но, помнишь, ступени слева –

в прошлой какой-то жизни все это было:

ржавые прутья, древних проломов зевы,

только не трогай расшатанные перила!

Город пустой, секущий лицо ветрами,

весь на ладони – маленький, муравьиный.

Небо почти вертикально стоит над нами,

падает и… промахивается. Мимо.

КРЕЩЕНСКОЕ

памяти Оли Земляной

Я лежала в пруду под нетающим льдом

и смотрела на мой улетающий дом

сквозь кружащее крошево снега,

что плясало и падало с неба.

Отражались во льду и скользили огни,

и дразня на лету (мол, лежи и ни-ни),

падал свет из оранжевой спальни,

и из ближнего делался дальним.

Я дышала на лёд, я стучала в него –

там, за ним, наступало моё Рождество,

там остались мои домочадцы –

ни доплакаться, ни достучаться.

В небе чисто и тонко запела труба,

обжигая, вода закачалась у лба,

зазвенел ледяной колокольчик –

звон был холоден, ломок, игольчат.

Лёгкий ангел по снегу крылом пошуршал,

ртом обветренным лунку во льду продышал,

«Вот и всё. – прошептал, – Аллилуйя…»

И лицо уколол поцелуем.

ОРЕХОВАЯ СОНЯ

не надо мне о смысле и резоне

всё декаданс

внутри меня ореховая соня

впадает в транс

она глядит, калачиком свернувшись

в листвы метель

где шелестят отпущенные души

ее детей

в смородках глаз плывут на черном фоне

огни, огни

не тронь мою ореховую соню

и не спугни

она зверёк вселенского сиротства

любовь и смерть

мне ей в глаза по праву первородства

смотреть смотреть

и знать, что я неверный самородок

болотный свет

что буду плыть в глазах ее смородных

сто тысяч лет

когда очнувшись в сумеречной зоне

почти к утру

мне сердце выест крошечная соня

и я умру

Санкт-Петербург